Выпуск № 1 - выходит с апреля 2016 г.
Рукописи присылать по адресу:
jana.zhemoitelite@gmail.com
Авторизация
/
Регистрация
Литературно-художественный журнал Союза молодых писателей «Северное сияние». Главный редактор: Яна Жемойтелите (при участии Сергея Пупышева)
Затерялся в детство след
Валентина Ивановна Калёва родилась в д. Еремеевская  Пудожского района КАССР. Училась в Кубовской средней школе, потом в Карельском культпросветучилище, которое окончила  в 1979 году. Более тридцати лет проработала в Кубовской сельской библиотеке, сейчас пенсионерка. 
Печаталась в сборнике «Модели счастья разного фасона» (Екатеринбург, 2014 г.), в журнале «Три желания» (№ 54, 2014 г.), а также в районных газетах «Пудожский вестник» и «Пудожский уезд».
 
Скучаю
                      «Ты в сон завернись и окутайся им»
                                                         Евгений Евтушенко
 
                       Моей однокласснице Людмиле Вороновой
 
Ночные минуты бегут вереницей,
Таращатся звёзды в окно,
И снова мне речка любимая снится –
В далёкой деревне родной.  
Я скоро приеду, на мостике узком  
Присяду, водицы коснусь,
Спрошу: «Ты ведь помнишь проказницу Люську?» 
И выплачу тайную грусть:
Умчалась когда-то на поиски счастья
(А есть ли оно – вот вопрос!),
В родительском доме бываю нечасто,
Кустарником берег зарос…
Реке расскажу про обиды и беды,
Про самые светлые дни:
Могу обо всём сокровенном поведать -
Распутать житейскую нить.
Под звон с деревенской резной колокольни
Я будто святым помолюсь –
И речка, как в детстве, меня успокоит
И вылечит душу мою!..
 
 
Свет мой зеркальце
 
Свет мой зеркальце, откуда? Да возможно ли такое!?
Сколько лет?.. Считать не буду, лучше я тебя открою.
Синий кожаный футлярчик, надпись «Валя» с вензелями:
Красной пастой — чтобы ярче, чтобы каждый сразу глянул.
Чтоб заметили подружки мой предмет из взрослой жизни:
Быть хотелось не дурнушкой, а красавицей капризной.
Но, конечно же, ты помнишь: я была такой несмелой,
И звала тебя на помощь — красить губы неумело…
Трепетала перед встречей с ним — парнишкой кареглазым,
С тем, что жил в моём сердечке – не пойму с какого класса.
Недомолвки, неувязки… Годы птицами промчались, 
Но несбывшаяся сказка до сих пор меня печалит.
Погрущу чуть-чуть сегодня (жаль, что нет в те дни возврата)
И сожму в руках поводья дней-коней, летящих в завтра.
Свет мой зеркальце, спасибо, что опять ко мне вернулось,
Что в тебе — таком красивом — навсегда осталась юность...
 
Турпоход
 
Ура, наконец-то, мы вышли на берег!
И радостно мне – обошлось без истерик:
Карабкались в горы, спускались в овраги,
По тропкам кружным обходя буераки,
Бывало, гадали – восток или запад,
Местами дурманил багульника запах…
И всё позади: мы любуемся морем,
Не ноет никто, не ворчит и не спорит,
А сосны по дюнам спускаются смело 
К полоске песка, ослепительно белой.
С разбега ныряем и плаваем долго,
Качая на волнах от солнца осколки.
Взметнулся костёр и раскрылись палатки,
И кашей запахло особенно сладко. 
На смену жаре появилась прохлада,
Закат просто чудо – почти мармеладный:
Достать бы, порезать его на кусочки -
И с чаем – наверное, каждый захочет!  
Мы смотрим на море и лунные блики,
Нам хочется думать и петь о великом:
О дружбе и мире, о вере и чести,
О том, как же всё-таки здорово вместе!
А ветер гуляет по кронам деревьев,
И вдаль улетают обрывки припевов…
 
 
Узкоколейка
 
Перрон, доступный всем ветрам, 
Тропинка-змейка:
Звала рабочих по утрам
Узкоколейка.
 
Глотало баб и мужиков
Нутро вагонов,
Сливался гулкий стук шагов
С лесным жаргоном.
 
В хвосте – дощатый, как сарай, 
Вагон-конюшня,
Поодаль  кухня-"ресторан",
Где шторки в рюшах.
 
Гудел надрывно паровоз
И ржали кони. 
Тайга – работа на износ
В любом сезоне.
 
По вечерам со всех сторон
Спешили дети –
Мы прибегали на перрон
Рабочих встретить.
 
Мне было сказочно тепло
От рук отцовских,
И пахла дымом и смолой
Его спецовка.
 
В чернично-клюквенном раю,
Как богатейка,
Кормила каждую семью
Узкоколейка.
 
Сегодня жалит без конца 
Слеза скупая – 
Дороги нет, и нет отца,
Осталась память:
 
Листок помятый наградной
И телогрейка,
Да грусть о проданной давно
Узкоколейке...
 
Нагулялся зонтик вдоволь
 
Голубой в горошек зонтик
Шёл по улице осенней,
Не спеша, совсем тихонько –
Из ночной  дежурной  смены.
 
Он собрал букет из листьев
В золотистом переулке,
И под деревом ветвистым
Голубям скормил полбулки...
 
Покрутился у витрины –
Примерял плащи, сапожки,
Кружевную пелерину – 
И от цен взгрустнул немножко...
 
Прошагал неторопливо
Мимо парка, мимо школы,
Улыбался в день дождливый
Встречным зонтикам знакомым.
 
А потом пришёл в квартиру,
Что на улице Садовой,
И повис в прихожей смирно – 
Нагулялся зонтик вдоволь!
 
 
Пока не закончилось летнее таинство
 
А в августе щедром, усыпанном звёздами,
Грустить о несбывшемся рано иль поздно мне?
Пока не закончилось летнее таинство,
Надеюсь, с тобой мы опять повидаемся.
Ещё искупаться успеем под ивами –
Как в детстве, мы станем беспечно-счастливыми.
Река унесёт все заботы и горести,
И время придёт для особенной повести:
Где мы навсегда – как единое целое,
Где наша любовь слаще яблока спелого.
 
 
Предвкушение
 
Предвкушение романа, предвкушение любви,
И желание руками шею милого обвить.
Переглядки, недомолвки, замирание сердец,
Танцплощадка, белый танец и притихший сорванец.
 
Сладость первых поцелуев: сухость губ и стук в груди,
Миг – до слабости в коленях и до трепета внутри.
Непривычное волненье, запропавший аппетит,
Страх – а вдруг узнает мама и свиданье запретит...
 
После школы – мимо дома, из окошек – модный хит,
А в припрятанной тетрадке – неуклюжие стихи.
Листопад в осеннем парке, гроздь рябины – слаще нет...
Было, не было, приснилось?
Затерялся в детство след..