Выпуск № 1 - выходит с апреля 2016 г.
Рукописи присылать по адресу:
jana.zhemoitelite@gmail.com
Авторизация
/
Регистрация
Литературно-художественный журнал Союза молодых писателей «Северное сияние». Главный редактор: Яна Жемойтелите (при участии Сергея Пупышева)
Сны песчаной лагуны
Вера Линькова – Писатель, журналист. Член Союза писателей России и Союза литераторов РФ.
Окончила факультет журналистики МГУ. Работала в Карелии на республиканском радио, телевидении, в газете «Комсомолец». В течение ряда лет Вера Линькова - автор и ведущая передачи о подростках с трудной судьбой «Поверженные короли» на Радио России, автор сценариев программ «Спокойной ночи, малыши». 
В 2000 году за высокие достижения в области сочинительства, за создание мира сказок, фантазий и снов, автору присуждено звание «Народный писатель», в 2007 лауреат второго Международного конкурса детской и юношеской литературы имени Алексея Николаевича Толстого. В 2007 году Вера Петровна стала лауреатом открытого литературного конкурса имени Сергея Михалкова в номинации «Лучшее произведение для подростков». 
 
* * *
 
У ДВОРЦОВОЙ РАКОВИНЫ
 
1.Коралловый сенатор и жемчужины
 
... За сто восьмидесятой речкой в Песчаной Лагуне стояла дворцовая раковина.
В ней жил один Коралловый Сенатор со своими крохотными дочками-жемчужинами...
Он любил свои жемчужины и своды своей уютной Дворцовой Раковины, которой восхищалось всё морское побережье...
С каждым годом дочки-жемчужины подрастали, а дворцовая раковина потихоньку давала трещины.
Жемчужины стали часто капризничать и говорить, что им в этом жилище тесно, а их папаша Коралловый Сенатор  стал ворчлив и утомителен.
Всё чаще стало случаться так, что когда Коралловый Сенатор возвращался в свою дворцовую раковину, жемчужины начинали отворачиваться от него и произносить с обидой:
– Отойди, от тебя веет холодом!..
Однажды он отошёл от своего жилища как можно дальше.
Сделал норку из сырого песка и стал там жить...
 
 2. Суматошка с торбочкой снежинок
 
Он трудился, не покладая сил, но холод окутывал его всё сильнее и сильнее...
Как-то  в его лагуну случайным ветром занесло крохотное существо с торбочкой на спине.
– Привет! – весело крикнуло существо, заглядывая в его норку. – Меня Суматошкой зовут. А ты кто?
– Никто, – удивлённо посмотрел на неё Коралловый Сенатор. – Я – просто отшельник.
– Пойдём побегаем по песку, Отшельник! – засуетилась Суматошка. – Ведь песок так весело ноги запутыват и за шиворот забирается! Пойдём! Пойдём!
Коралловый Сенатор на какое-то время даже забыл, что он Отшельник, и понёсся с  Суматошкой по сыпучим пескам лагуны.
– Ой! – не унималась она, – а давай из брызг волны стеклянный замок строить! А давай камень от дождя закроем! А давай посмотрим, куда это кузнечик прыгает!
Побежали за осой! Давай комарика догоним! Спросим, зачем ему жало?...
Коралловый Сенатор летал за ней, потом, устав, спросил:
– Скажи, а зачем у тебя торбочка за спиной? Ведь с ней так тяжело бегать...
– У меня там снежинки живут, – рассмеялась Суматошка, – я для них холод собираю, чтобы не растаяли...
Коралловый Сенатор вдруг прислушался к себе на какое-то мгновение и не почувствовал своего привычного холода...
– А где мой холод? – спросил он странное существо.
– Я взяла! – засмеялась Суматошка, открывая свою торбочку со снежинками. – А что, нельзя? Тебе же не жалко твоего холода?
– Не жалко... – в раздумье произнёс Коралловый Сенатор. – Он мне даже мешал...
– Вот и отлично! – закружилась в воздухе Суматошка. – Мне как раз нужно то, что не нужно тебе!
Так они встречались каждый день. Кружились, носились, смеялись. Потом Суматошка открывала свою торбочку со снежинками, сбрасывая туда добытый холод, а Коралловый Сенатор шёл к своей Дворцовой Раковине, заделывал в ней трещинки, расширял комнаты, наполнял их теплом и заботой.
   
 
3.Удивление Королевского Краба
Драгоценные жемчужины Кораллового Сенатора, уже как прежде, встречали его, обвивая ручками шею и приговаривая:
– Наш любимый Покровитель вернулся к нам! Слушайте! Слушайте!
Какая музыка теперь звучит в нашей Дворцовой Раковине...
Скоро Коралловый Сенатор совсем забыл про тот кусочек лагуны, где была его норка...
Он просто-напросто перестал быть Отшельником.
А Суматошка просто-напросто улетела со своим попутным ветром...
Только песчинки Лагуны рассказывали идущему по ней Королевскому Крабу про эту сказку.
 И Королевский Краб, готовясь в отшельники и направляясь к бывшей норке Кораллового Сенатора, слушал музыку Дворцовой Раковины.
...Он слушал музыку и удивлялся своему открытию: как это здорово, когда каждый в своей жизни получает то, что ему нужно.
Именно ему!
 
 
СПОКОЙСТВИЕ СНА
 
1.ВОПРОСЫ ПРО СУМАТОШКУ
 
... Краб хоть и величался Королевским, но всё же был слегка тугодумом.
Выслушав сказку песчаной Лагуны, он заполз в норку бывшего Отшельника и для начала попытался окружить себя Спокойствием Сна.
Но Спокойствие Сна стало от него отворачиваться и придумывать всякие каверзные вопросы: - Вот скажи мне, - начинало Оно скрестись в правое крабье ухо, – у Кораллового Сенатора были в Дворцовой Раковине свои жемчужины... Как ты думаешь, зачем?
– Ясно, зачем, – засыпав правое ухо песком, отвечал Краб. – Жемчужины – ценность!
– Тогда, – не отставало Спокойствие Сна и начинало зудеть в левое крабье ухо, – зачем Суматошке снежинки в торбе? Тоже что ли ценность?..
– У-у-у-у! - застонал краб и выполз из норы. – Спрошу у Лагуны.
 
 
2.ЗАЧЕМ ОБЕРЕГАТЬ СНЕЖИНКИ?
 
– Ну, чего тебе неймётся? – спросила Лагуна выползшего из норы Краба.
– Неймётся, потому что ты мне сложную сказку рассказала, – стукнул клешнёй по камушку Краб.- В той сказке каждый получил то, что хотел. Но я не понял, зачем Суматошка хотела отнимать у других холод и отдавать его своим снежинкам?
– И чего здесь непонятного? – сладко потянулась Лагуна. Ведь дело шло к закату, и Лагуна уже собиралась спать...
– Непонятно, зачем оберегать снежинки, которые и так должны растаять? – опять стукнул клешнёй по камушку краб.
 Не нервничай, – зевая, посоветовала ему Лагуна.
– Каждый оберегает то, что ему дорого. Будь это жемчужины или снежинки...
 
 
3.МЕЧТА О ДОМУКЕ
 
 
 ... Краб снова вернулся в нору бывшего Отшельника.
Спокойствие Сна уже дремало на трёх золотых песчинках.
И краб тоже задремал. И увидел во сне Домуку, которая отбирает у всех лишние думки. Отбирает и в печь бросает...
Вся такая хорошенька, лёгкая. Ну, а впрочем, как еще может выглядеть существо, в чьей прелестной головке нет ни одной тяжёлой думки?
Конечно, она должна выглядеть просто восхитительно!
Во сне он думал, когда же волна прибьет к его норке такую вот Домуку?..
Ведь это так обременительно  ходить с полной головой тяжёлых думок, которые совершенно никому неинтересны, а тебе самому – ужасно обременительны.
... Чего только не происходит в Песчаной Лагуне за 180-ой речкой!
 
 
ДЕВОЧКА-ДОМУКА
О НЕЧАЯННЫХ ОЩУЩЕНИЯХ
 
В ПЛАТЬЕ ИЗ СЛЮДЯНЫХ БРЫЗГ
 
– Э-эй! И на что мы обиделись? – услышал Краб-Отшельник лёгкий стук в свою песчаную норку.
Отмахнувшись от Состояния Сна, он выглянул наружу.
Прямо у норки, в платье из слюдяных брызг, стояла она!
Отшельник сразу догадался, что это и есть – его Домука!
– Привет! – обдала она Краба лёгкими брызгами. – Пришла твои лишние думки забирать! У тебя под глазами – следы расстроенного сна! Рассказывай!
Краб неловко пошевелился, сел на скамеечку у норки:
– Сказка вчерашняя мешала. Лагуна рассказала, как Коралловый Сенатор вернулся в свою Дворцовую Раковину, а Суматошка умчалась со своими снежинками. Вроде бы, каждый получил то, что хотел, но я вдруг подумал, а кто из них стал счастливей?
– И поэтому не мог нормально спать? – задала свой утвердительный вопрос искрящаяся на солнце Домука.
– Да, – согласился Краб.
 
ПРО ВЧЕРАШНЮЮ ПЧЕЛУ
 
– Ты задал себе недопустимый вопрос.
А Недопустимое всегда получает равноценное Недопустимое!
Вот смотри, сидит пчела на цветке медуницы.
Старается, нектар собирает для своих сот.
Время от времени тобой любуется, потому что ты на неё смотришь.
ты любуешься пчелой и цветком.
Но вы только любовались друг другом,
и всё было красиво в золочёном воздухе Лагуны...
Но, скажи, зачем ты тронул пчелу?
– Ощутить! – немножко подумав, ответил Краб.
– Тебе надо было ощутить? Вот она и ужалила... Ты сделал одно неловкое движение. А в ней оно тут же отозвалось. Реакция такая у всего земного. Рефлекс самозащиты. Но это было Вчера, да?
– Да... – согласно кивнул головой Краб.
– А сейчас уже СЕГОДНЯ.
 
ЦЕНА НЕОСМОТРИТЕЛЬНОСТИ
 
– А сейчас уже СЕГОДНЯ! – повторила Домука. 
И никогда плохое ощущение вчерашнего не переноси в СЕГОДНЯ!..
Вон Гусеница Арлея! Медленно по своему воздушному мосту - травинке ползёт. 
Соскальзывает. Падает. Больно. Один неверный шаг! 
И ей больно, и муравью, на которого она случайно упала, тоже больно.
Такова ЦЕНА НЕОСМОТРИТЕЛЬНОСТИ!
Гусеница Арлея торопилась суету вчерашнего дня перенести
в сегодняшний день Лагуны... И упала...
Но, пойдём купаться! Все твои нелепые думки я брошу в свой огонь, а волна залижет царапины от их следов... Побежали!
– Побежали! – сказал Краб. И они вместе окунулись в осветляющую волну моря.
И Лагуна снова ожила радостным звоном утра и всплеском безмятежных волн...
 
...Кто бы ни был в печали - муравей, пчела, Королевский Краб Отшельник, главное, НЕ ПРЕДАВАТЬСЯ ДОЛГО НЕЧАЯННЫМ ОЩУЩЕНИЯМ!
 
 
4.УТКА МОРЯНА
 
ПОЛЁТНЫЙ СОН
 
... Утка Моряна летела со своей стаей на дальний Север.
Все утки летели правильно, а Моряна засматривалась на звёзды.
Это только с земли кажется, что все звёзды одинаковые.
А когда в небе, то все звёзды совершенно не похожи друг на друга...
– Целые букеты разноцветных звёзд! - восхищалась она, купаясь в лучах мерцающих огоньков, - и так близко... Получается, что это я несу звёзды на своих крыльях!
Её восторженное состояние время от времени прерывали окрики других уток:
– Моряна, не забывайся! - кричали другие утки. – Ты летишь на Дальний Север, а не в страну Снов! Не спи! Ты сбиваешься с курса!
 
КОРАБЛЁМ ДЛЯ ЗВЁЗД
 
А она и не спала вовсе. Она просто летела и просто несла на своих крыльях звезды...
И ей нравилось ощущать на своих крыльях фейерверки разноцветных планеток, искорок, огоньков. И она уже видела себя со стороны, совсем не уткой Моряной, а огромным небесным кораблём. Специальным кораблём для звёзд...
И уже сон задавал ей свои вопросы:
– Скажи, Моряна, а зачем это надо, Корабль для Звезд?
– Разве ты не понимаешь? – отвечала она своему полётному сну. - Иногда звёзды любят меняться местами и переезжать с места на место...
Вот представляю себя звёздочкой и думаю, как хорошо, то над одним океаном повисеть, покрасоваться, то над другим... А на своих лучиках далеко не улетишь...
И для этого я становлюсь их Кораблём. Собираю их лучики, огоньки, искорки и несу по своему небесному маршруту...
 
ПОТЕРЯТЬ ПРИВЫЧНОЕ
 
– Моряна! Моряна! – где-то в другом конце звёздного неба раздавались голоса не сбивающихся с курса уток. Они заметили, что её среди них нет... И стали звать... И пускать свои голоса по тихим небесным магистралям. И потом, остановившись на какой-то ночной горе, плакали, что потеряли свою любимую подругу.
Ну, откуда им было знать, что утка Моряна вовсе не потерялась! Что просто она стала Кораблем для Звёзд...
И тебе скажу, когда сбиваешься с одного курса, не стоит отчаиваться. Потерять что-то привычное – это совсем еще ничего не означает. Ведь Полётный Сон специально выталкивает кого-то из стаи. Специально, чтобы открыть иное направленье в межзвёздном пространстве...
Чтобы еще раз сказать:
– Ничего одинакового нет!
 
ЗЛАТОКРОТ И ТУМАННАЯ ДЫМКА
 
ДЛЯ СПОКОЙНОЙ ЖИЗНИ
 
...В потаённых уголках песчаной Лагуны среди разных сокровищ моря жил Златокрот. Для всех он был необъясним и загадочен.
Особенной загадкой  было то, что Златокрот всегда носил за собой игрушечный совочек.
Он ни с кем не общался и никого не подпускал к себе близко,
кроме одной Туманной Дымки.
Туманная Дымка всегда была мягкой и никогда его не раздражала своей излишней яркостью. Так они дружили душа в душу.
– Доброе утро! – мягко поглаживала она его по золотой шёрстке при каждой встрече.
– Доброе утро! – приветливо смотрел на неё Златокрот
своими почти ничего не видящими глазами...
Для дружбы и спокойной жизни им ничего не надо было, кроме этих двух слов.
Они даже думали, что вообще не умеют разговаривать.
Но и это не мешало их тихому радостному состоянию.
 
ПОТЕРЯННЫЙ СОВОЧЕК
 
Однажды Туманная Дымка, прилетев в сыпучую ложбину, где жил Златокрот, была очень удивлена. Впервые в жизни она увидела, как Златокрот плачет...
Он перестал рыть тоннели и подземные ходы. Он просто лежал на бугорке, ни во что не вслушиваясь, и плакал во сне.
– Что случилось? – обеспокоилась Туманная Дымка.
Оглядевшись вокруг, она не увидела игрушечного совочка...
... Она не стала тормошить его и расспрашивать.
Она понимала, что любые слова здесь бесполезны.
– Спи, Златокрот, прошептала она тихо и отправилась на поиски потерянного совочка...
– Зачем это надо?- спрашивали волны у своей Лагуны,
– Чтобы из-за какого-то игрушечного совочка расстраивалась жизнь...
На что Лагуна отвечала:
– Не нам судить! И не нам знать, ЗАЧЕМ.
 
ПОДАРКИ ВОЛНЫ
 
... Нахлынувшая утром волна принесла на берег много всего неожиданного.
Колёсики от пирамидок, гуттаперчевых рыбок, обломки от заводных корабликов...
Казалось, что в какой-то лунке водоворота произошло маленькое сокрушение...
Услышав звонкое постукивание игрушек, Златокрот потянулся в своей ложбине и стал на ощупь перебирать подарки утренней волны.
Он смотрел на эти подарки своими ничего не видящими глазами, но его внутреннее зрение от каждого соприкосновения с игрушечными обломками становилось всё острее и трепетней.
А когда он коснулся пальцами головы деревянного матросика, стайка тёмных пылинок выскочила  из его души и ушла в сырой песок. А на освободившееся место взошла музыка...
Тихая, почти неслышная музыка. В ней звучали отдаленные перезвоны колокольчиков, играли лодочки скользящих по воде улыбок, чуть посвистывал глуховатый ветер, и во всю звенели россыпи морских брызг...
– Это же мои игрушки! – восторженно прошептал Златокрот.
– Игрушки из моего детства! Когда-то я мечтал плавать на кораблях. Быть матросом или  даже капитаном. Но потом подумал, что стихия морских волн – слишком ненадёжное место для  спокойной жизни... И тогда я стал зарываться в свои подземные ходы...
Всё глубже и глубже... Но от всех этих усердий стала ли спокойнее моя жизнь?
– Нет! Нет! – закричали пролетающие мимо чайки.- Еще не поздно!
– Никогда не поздно отправляться в свой путь!
 
НА ИГРУШЕЧНОМ КОРАБЛИКЕ
 
... Случаются же на свете странные вещи...
Златокрот на ощупь починил кораблик своего детства
И на закате, с волной отлива, бесстрашно ушел в открытое ветрам море!
– А кому достанутся его подземные ходы и тоннели? – растерянно спросила птичка Варракушка у гордого Баклана.
– Не важно, – ответил Баклан. – На подземные ходы и тоннели в этой жизни всегда есть спрос.
– И гораздо больший, – добавили чайки, – чем на ветра в открытом море...
– Но я рад тому, что Златокрот все-таки сумел все прежнее оставить. Сумел расстаться со слепотой и вдруг прорваться в свою несбыточную мечту! – продолжил свою мысль Баклан. - Скажешь, такого не бывает?
Как не бывает, если вот оно, есть!
Видишь игрушечный кораблик на гребне зелёной волны?
ТАМ
НАШ
ЗЛАТОКРОТ!
 
 
СОКРУШЕНЬЕ И ГОЛОС РАДОСТИ
 
...Туманная Дымка долго летала в поисках игрушечного совочка, который так неожиданно потерял Златокрот.
Она носилась по лесам и дорогам, заглядывала в каждую придорожную ямку и в каждый детский дворик, думая, не затерялся ли там маленький совочек?..
Ее подруги – Утренняя прохлада и Спокойствие ночи - всё время спрашивали:
– Скажи, стоит ли твоей суеты и всех твоих отчаянных поисков
какой-то всего лишь маленький совочек? Совочек, который даже не из твоего детства?..
– Значит стоит! Если с его помощью можно кого-то вернуть к жизни, – отвечала Туманная Дымка и продолжала поиски...
... И однажды на вечерней заре, совершенно уставшая и отчаявшаяся, она увидела, как на другой стороне моря озорной ветер копает на берегу песчаные лунки.
Много-много перламутрово искрящихся лунок покоилось
на незнакомом берегу.
В руках озорного ветра как раз и был тот маленький совочек...
Дымка подождала, когда ветер, наигравшись, бросит совочек в песок и улетит...
С замирающим сердцем она подняла эту долгожданную игрушку и понеслась в свою Лагуну, чтобы скорее обрадовать ЕГО.
– Златокрот! Златокрот! – кричала Туманная Дымка, разметая песок Лагуны. – Я нашла! Я нашла твой детский совочек!
Она звала голосом радости. Но никто на этот голос радости почему-то не откликался...
– Неужели я опоздала? – с тревогой подумала туманная Дымка, упав на опустевшую норку, где когда-то жил Златокрот. – Как нелепо выглядит Сокрушенье...
– Успокойся! – закричали пролетавшие мимо Варракушки. - Твой Златокрот ушёл в море. Он починил свой детский кораблик. И отправился навстречу ветрам...
– Тогда зачем я искала совочек? – загрустила Тумановая Дымка...
– Не грусти! – прокричали Варракушки. – Златокрот насладится морем и обязательно вернётся за своим совочком!
Храни его и не дай потеряться!
 
6.
ОМУТ ЯЩЕРКИ
 
ВСТРЕЧА С ВОДЯНЫМИ ОСЛИКАМИ
 
 ... Вокруг широкого, похожего на островок, листка кувшинки с шумом проносилась стайка Водяных осликов.
– Привет, зяблики-кораблики, пташечки-букашечки! – подпрыгивали они на воде, хватая друг друга за лапки. – Представляете, у нас Омут развеселился!
– А кто такой Омут? – выглянула из осоки молодая изумрудная ящерка.
Она была царской породы и жила под завалами изумрудных камней в прибрежном лесочке. Она умывалась росой из чашечек-манжеток, а про  настоящую воду ничего не знала, и вообще впервые в жизни прибежала в Песчаную Лагуну.
– Так кто же такой, этот Омут? – переспросила она Водяных Осликов.
– Вот те и зяблики-кораблики! – заглядевшись на ящерку, внезапно замерли  шебутные Ослики. - Она не знает, кто такой Омут!
– Чего долго рассказывать! – взбрыкнул задними лапками вожак водяных затей.
– Садись на листок лилии, и мы тебя отвезём!
 Ящерка, едва забралась на листок лилии, как задрожала от страха и тут же захотела спрыгнуть на берег, но Водяные Ослики весёлой шумной стаей уже несли её к некогда сердитому, но теперь вдруг случайно развеселившемуся Омуту.
 
Омут, весь обвешанный фиолетовыми водорослями, плясал, выпрыгивая из себя и с громким хохотом заглатывая всё плывущее навстречу.
– Затягивать и затягивать – высшее удовольствие! – смеялся он, окружая себя воронками.
Омут мог бы и Ящерку с водяными Осликами затянуть, но, к счастью, встречная коряжка помешала.
– Стойте! – преградила она дорогу шебутной компании, несущей за собой листок с дрожащей Ящеркой!
И все внезапно остановились.
– На омут лучше смотреть издалека, – сказала коряжка Ящерке.
– Он очень коварный...
 
 
В СОСТОЯНИИ ОБВОРОЖЕНЬЯ 
 
Царская Ящерка не понимала, что значит «коварный», но волшебное кружение вблизи Омута почему-то безудержно притягивало ее.
Она забыла свой изумрудный дворец под завалами камней в прекрасном лесу и переселилась жить на коряжку. Конечно, тесноватым оказалось её новое жилище. Только и можно было в нём пару раз подпрыгнуть и словить какую-нибудь мошку...
– Эй! Ящерка! – всякий раз, проносившись мимо неё, кричали Водяные ослики,- давай, мы отвезём тебя на берег!
– Нет, – отвечала Ящерка. – Я ещё своим Омутом не налюбовалась.
– Ты уже налюбовалась своим Омутом? –спрашивали её другие жучки-водомерки.
– Нет, не налюбовалась... – отвечала Ящерка, продолжая сидеть на коряжине.
– Что это с ней? – спрашивали у Лагуны обитатели песчаных двориков...
– Может снять её оттуда, пока не погибла?
– Не мешайте, глядя на Ящерку, – всякий раз вздыхала Лагуна.
– Она испытывает новые ощущения!
– Ах, что значит Ощущения!.. – удивлялся окружающий мир, – какая же в них затягивающая сила...
Окружающий мир хоть и говорил так, но на самом деле очень завидовал ЕЙ, потому что ему тоже хотелось ощутить эту затягивающую силу Ящерки...
А кому не хочется пожить в состоянии ОБВОРОЖЕНЬЯ!
 
7.
БОЛОТИНКА
 
ВЧЕРАШНЯЯ КУВШИНКА
 
 ...Вода стояла на месте и никуда не уходила. Парашютики, самолётики, кораблики тоже застыли над водой... Они не собирались куда-то лететь или падать. Им было нормально всегда стоять в воздухе и наблюдать за переживаниями растерянной Болотинки.
И только сама Болотинка, не причёсанная, косматая, с торфяными глазами, ходила вокруг своей воды и никак не могла найти… Что бы ты думал? Вчерашнюю кувшинку!
– Там засыпал мотылёк, - обеспокоено повторяла себе под нос Болотинка, – он просил разбудить его утром...
Но как я смогу разбудить, не понимая, где та самая вчерашняя кувшинка...
– Мало что ли других? – спросил свесившийся с облачка игрушкчный самолётик.
– Других много, а вот та самая, в которой спал мотылёк...
 
ВО ВЧЕРАШНЕМ ДНЕ
 
 ... С каждым новым витком вокруг своей воды Болотинка становилась всё меньше и меньше.
И всё труднее ей было перебирать кувшинки и отыскивать среди них ту самую со вчерашним мотыльком.
 
– Поиграй с нами! – кричали ей из воздуха парашютики с самолётиками.
– Отвлекись! – кричали зависшие на солнечных лучах кораблики.
– Не могу, – отвечала Болотинка, – я занята вчерашним днём...
– А что было во вчерашнем дне? – покачивались на золотых пылинках всегда безмятежные парашютики.
– Там было Самоистязанье, – объясняла им Болотинка.- Потом оно превратилось в Мотылька и уснуло в кувшинке... И просило разбудить его сегодня...
– А мотылёк-то из кувшинки уже улетел! – засмеялись самолётики.
Это значит, что Самоистязание не захотело, чтобы ты снова стала его будить...
– Значит, мне не надо искать вчерашнюю кувшинку! - обрадовалась Болотинка и снова стала сама собой.
...Вода перестала стоять на месте и закружилась колёсиками радужных пирамидок.
Самолётики, кораблики, парашютики не удержались в воздухе, попадали в волшебные солнечные круги и стали просто радоваться, потому что сегодняшняя вода была чистой...
И  Болотинка кружилась в чистой воде и думала: «Как хорошо быть самой собой!»
 
 
 
8.
МАЛЕНЬКАЯ ТЕНЬ
 
ПОИСКИ У ШАТУН-ДЕРЕВА
 
– Вы видели? Вы видели? – переговаривались обитатели Песчаной Лагуны.- В дворцовую раковину Кораллового Сенатора стала заходить Маленькая Тень...
– Маленька Тень!? – удивлённо переглядывались ракушечные человечки.
– Да, да, – трещала вездесущая Сорока, – лично я видела, как на рассвете Маленькая Тень подбирается к дворцовой раковине, входит в неё, а на закате выходит и плывёт по тропинке в сторону Шатун-дерева. И всё повторяется уже два дня...
– Что бы это значило? – перестукивались своими боками ракушечные человечки, – может быть, Маленькая Тень – это какой-то знак Коралловому Сенатору и нам всем? Пойдёмте к Шатун-дереву! Проследим за ней!
... А Маленькая Тень ничего не знала о том, что она – какой-то знак.
Она лежала под цветком ромашки и, положив руки под голову, смотрела в небо...
– Неужели Коралловый Сенатор так и не узнает меня? – думала Маленька Тень, разглядывая что-то непонятное в прогоне полуденных облаков.-
– Вот она! Вот она! – закричали ракушечные человечки, показывая на тень под ромашкой...
– Нет, это не она, – покачала головой Сорока.– Присмотритесь внимательнее! Это тень ромашки...
Тогда все бросились к вызывающе высокорослому тюльпану.И под тюльпаном тоже лежала тень...
– Вот она! – закричали ракушечные человечки.
Ведь им так не терпелось разгадать тайну Маленькой Тени. Узнать, откуда она, какая у неё семья, не одинока ли?.. И главное, зачем ей входить на рассвете в Дворцовую раковину, а на закате выходить?..
 
 
ОХОТА ПОД ЦВЕТАМИ
 
 
Не найдя Маленькую Тень рядом с Шатун-деревом, они стали искать её у каждого цветка и у каждого камня.
Но у каждого цветка и камня была своя маленькая тень. Она тихо лежала и начинала чуть покачиваться, когда ветерок начинал покачивать кукушкины слёзки на камне или ромашки с тюльпанами, или белые зонтики таволги...
Они сбились с ног. Страшно устали. Когда присели отдохнуть на язычок зелёной волны,
один самый маленький ракушечный человечек задал разумный вопрос:
– Зачем мы ищем Маленькую Тень, если она приходит только на закате?
Все большеголовые ракушечники страшно удивились этому вопросу, но не могли не признаться себе, что малыш прав. Всему своё время.
И днём невозможно обнаружить то, что случается лишь на рассвете и на закате...
В жизни тоже так бывает. Улыбаясь, я говорю одному человеку:
– Зачем ты ищешь меня в своих воспоминаньях? Ведь мы познакомились только сегодня. И каждое СЕГОДНЯ мы знакомимся заново…
 
 
ХИТРОСТЬ МАЛЕНЬКОЙ ТЕНИ
 
 
... Итак, Маленькая Тень решила обхитрить всех, кто охотится за её тайной.
Она превратилась в тень замороченной Сороки и вместе с этой тенью перелетела на Шатун-дерево.
Сорока уже заклевала это дерево своими вопросами:
– Ну, где ты прячешь Маленькую Тень! Открой нам её! Мы хотим видеть! Мы хотим знать!
Но Шатун-дерево не было расположено к рассказам. Оно находилось в своём скептическом чувстве роста. И ответы его также отдавали скептичностью:
– Я не уверено, что Маленькая Тень пожелает вам открыться. Во всяком случае сегодня...
– Почему именно сегодня? – допытывалась замороченная Сорока.
На что Шатун-дерево сердито скрипнуло:
– Прекрати заклёвывать меня своими вопросами!
Ракушечные человечки, наблюдая всю эту ситуацию с земли, закричали Сороке:
– Летим к Дворцовой раковине! Там уж мы точно подкараулим Маленькую Тень, потому как близится время заката. И всё повторится, как вчера!
Но "как вчера" не повторилось, потому что день на день не приходится...
И потому что на этот раз Маленькая Тень решила проникнуть в Дворцовую раковину не на закате, а в полнолуние.
 Зачем? Не всё сразу!..
 
ТЕНЬ СВЕТИТСЯ
      
Коралловый Сенатор, узнав от ракушечных человечков, что его Дворцовую раковину тайно посещает какая-то Маленькая Тень, был не то, что бы удивлён, но безгранично растревожен.
Его дочки-жемчужинки уже выросли и разбежались по другим  Дворцовым раковинам.
Теперь Коралловый Сенатор  жил совершенно один. Он скучно ставил по утрам кофе  на старенькую плитку, подолгу не выпускал изо рта сигару и всё пытался что-то вспомнить. Пытался, но не мог.
Узнав, что Маленькая Тень приходит к нему на рассвете,  а уходит на закате, он стал всё это время напрягаться,  искать её среди теней от разных предметов, но не находил.
Каждая тень всегда чему-то принадлежала, а отдельно  гуляющей тени не было нигде.
Сенатор же всё бегал по комнатам своей Дворцовой  раковины и всё кричал:
– Просто скажи, ну, скажи, кто ты на самом деле? Откуда я тебя должен помнить?
 Их встреча с Маленькой Тенью произошла совсем неожиданно.
Коралловый Сенатор открыл среди ночи глаза и вдруг увидел ЕЁ!
Светящееся существо раскачивалось на лунных паутинках.
– Если ты и есть Маленькая Тень, - воскликнул Сенатор,  подпрыгнув на постели, – то почему ты светишься?
– Хочу и свечусь! – болтая в воздухе изящными ножками,  засмеялось существо.– Свечусь, потому что ты меня увидел!
– И всё равно, – протирая кулачками глаза, не соглашался  Коралловый Сенатор. – Тень не может светиться, потому что  она – Тень! Потому что она – отражение темноты!
– А как, по-твоему, может выглядеть Тень в темноте? – засмеялся тоненький голосочек.
Коралловый Сенатор снял ночной колпак, накинул  плюшевый халат, надел свои мышиные тапочки, уселся  в кресло и задумался.
Тень в это время сидела на его плече и,  болтая ножками, продолжала светиться  наперекор всем законам этого мудрёного мира...
 
9.
 
ТАЙНЫ ПЕСЧАНОЙ ЛАГУНЫ
 
 
СИЯТЕЛЬНОЙ УЛЫБКОЙ СНА
 
…Коралловый Сенатор закрыл глаза и попробовал светящуюся тень на ощупь. По руке и по телу побежало огоньковое тепло.
– Странно, – пробормотал Сенатор. – Тень никогда не бывает тёплой, особенно, если это Тень при холодной Луне...
– Надо попробовать еще раз, – подумал Сенатор, – может, я так состарился, что во мне перепутались ощущения тепла и холода, Света и Тени?..
И он коснулся руки светящейся Тени. Огонькового тепла стало ещё больше... Оно уже накатывало волнами, и эти безостановочные волны уносили его в тайные уголки закостенелого сознания.
Сначала он вспомнил себя богатым господином и очень знатной особой.
Но там нигде ничего похожего на присутствие Маленькой Тени не было...
Потом он вспомнил себя тем, кем был до того, как стал богатым господином... ...Кривая ночная улица вдоль берега Лагуны, какие-то покосившиеся муравейники со свёрнутыми на бок кепками... Стая кривоногих пауков, раздирающих большую жирную рубиновую муху...          
Совершенно голодный и усталый, он бросается к паукам за своим куском мухи...
А потом дерётся с пузырчатой гусеницей из-за огрызка недоеденного осеннего листка... Совершенно обессилившего, гусеница сбрасывает его в липкий лягушатник, и он теряет сознание...
И вот тут... Вот тут произошёл какой-то светящийся момент Маленькой Тени...
Но что-то захлопнулось в памяти... Только искорка момента. Всплеск!..
Обрыв.
Сенатор напрягал память, а Маленькая Тень уже тихо посапывала на его груди и озаряла комнату сиятельной улыбкой своего чистого сна...
 
 
 ПОЛУНОЧНЫЙ ВЕТЕР
 
– Ну, как можно, падая в яму, оказаться вдруг на высокой горе? – раздумывал в своём сне Коралловый Сенатор,- как можно при падении вниз оказаться наверху?
И он взмолился во сне: "Помоги, Лагуна!"
А Маленькая Тень всё витала вокруг него и всё шептала на ухо:
– Ну вспомни же! Вспомни! Когда ты меня вспомнишь, ты меня увидишь!..
Она очень переживала. В её переживаньях таились последние надежды вернуться в свой прежний образ. И она тоже взмолилась:
– Помоги, Лагуна!
– Что же мне с вами со всеми делать? – вздохнула Лагуна, принимавшая лунный загар на прохладном, таящим в себе глубокие думы сыроватом песке.- Иногда нельзя высказать мысль, до неё можно лишь помочь добраться...
И где мне искать теперь все ваши дороги памяти под глубинным слоем песка?...
Размышления Лагуны услышал Полуночный ветер в вековых соснах.
Полуночный ветер всегда слышал чьи-то сильные переживания и носил их с собой.
Иногда развешивал их по соснам, иногда забрасывал в море. Он носил с собой переживания, чтобы мир не обеднел силами ощущения жизни.
– И что же тебе мешает помочь добраться? – приблизился Полуночный ветер к Лагуне и растрепал её лунные волосы по начищенным до блеска камням с островками пены... 
–– Что же тебе мешает?..
– Вспомни нас! – прошептала Лагуна Полуночному ветру.
– Ведь мы с тобой не стали возвращаться в наши прежние образы...
Падая вниз, ты оказался на горе, потому что стал ветром... А я, отделившейся от всех волной, вышла из своего моря и стала Лагуной. Уйдя от моря, я стала лучше видеть его и понимать
– А ты бы не хотела снова, как в молодости, стать волной моря? - углубляясь в свои воспоминания, спросил ветер.
– А ты бы не хотел снова стать камнем, а потом рассыпаться на искры? - вопросом на вопрос ответила Лагуна.
– Нет, – сказал Полуночный ветер, – так мы занесёмся в дебри тысячелетий и доберёмся до того момента, когда жили миром людей...– Давай лучше поищем дорогу воспоминаний Кораллового Сенатора к Маленькой Тени... Ведь если мы вспомним, Маленькая Тень снова превратится в свой живой образ...
– А если не вспомним, – взметнула свои лунные волосы Лагуна, – то Коралловый Сенатор тоже станет тенью. И они снова окажутся вместе. Стоит ли тогда напрягать память?.. Стоит ли раскручивать завитки чьих-то перепутанных дорог и проникать и, забываясь, растворяться во всем этом, чужом тебе и не нужном?...
– Лагуна, помоги! –снова пробороздил её сердце отчаянный голос Маленькой Тени.
– Иногда стоит! – откликнулась долгая пауза.– Вспомни, кто мы на самом деле?..
 
10.
 
И ЛИШЬ ЛАГУНА ЗНАЕТ
 
ПАСТУШОК И НАЧАЛО
      
... Люди, не удовлетворённые простым объяснением своего существования на Земле, тоже порой задаются этим вопросом: "А КТО МЫ ЕСТЬ НА САМОМ ДЕЛЕ?"
И долго-долго перелистывают страницы своей несовершенной памяти.
... По песчаной косе пронёсся дождь. Струи дождя, словно бывшие люди, с радостью понеслись по берегу. Как будто они были счастливы снова встретиться с Землёй, снова коснуться её своими дождевыми ногами. Через минуту все эти бывшие люди исчезли с побережья, а в память об их радости посещения Лагуны из сырого песка стали вырываться клубочки разноцветного пара...
... Клубочками разноцветного пара играл юный пастушок.               
Перепрыгивая через тумановые лужи, он гнал своих овечек на Торжественную гору.
Лагуна наблюдала за каждым его движением. Пастушок был очень хорош собой и не мог не вызывать чувства любованья. И еще что-то таинственное вспоминалось Песчаной Лагуне.  Что-то волнующее  вдруг прорезалось в её хрупкой памяти. Будто древние сфинксы  каменными глыбами вышли из-под толщи песка лишь для того, чтобы одними глазами на недвижимых  лицах показать ей в сторону Торжественной горы, куда, так  легко насвистывая, торопится Пастушок.
... Присев отдохнуть на гладкий валун у самого подножья  Торжественной горы и отмахиваясь от клубочков разноцветного   пара, пастушок вдруг задумался и произнёс вслух: "А кто я есть на самом деле?"
 
УЗНАВАНЬЕ
 
...Песчаная Лагуна, предпочитавшая никогда не вмешиваться в жизнь людей, вдруг, сама от себя того не ожидая, вдруг нависла над пастушком своей серебряной волной и выплеснула:
– Да ты же мой Камень в прошлом! Я узнала тебя! У моего любимого  Камня, до того, как он окаменел, а потом рассыпался на искры и превратился в Полуночный ветер, было точно такое же лицо! Я вспомнила!
      
...Дальше стали происходить очень странные вещи. Вырвавшись из Дворцовой раковины, над Пастушком вдруг закружилась Маленькая Тень, и по всей песчаной косе зазвенел её
переливчатый голосочек:
 
– Ты – мой Коралловый сенатор в Будущем! Я узнала тебя! 
– Ты – мой прекрасный Омут в настоящем! – зашуршала у его ног наконец-то спрыгнувшая со своей коряжины изумрудная ящерка. Наконец-то я нашла его настоящее лицо! Оно на тебе!
... Домука, Суматошка, Туманная Дымка, Спокойствие Сна – и   все-все обитатели Песчаной Лагуны стали окружать пастушка и рассказывать ему, кто он есть на самом деле. Всегда разный, в разных временах, в разных мечтах и интересах, в разных образах.
От мельтешения  и кружения множества существ у Пастушка закружилась голова, Торжественная гора вывешивала белые флаги, овечки прямо с горы спрыгивали в облака и уплывали...
"Так кто же я есть на самом деле?" – схватившись за голову растерянно шептал Пастушок.
– Пойдём со мной, и сейчас всё узнаешь! –- сказала ему Песчаная Лагуна, протягивая свою искрящуюся ладонь.
– Пойдём, и я покажу тебе НАЧАЛО!
... Как странно устроена жизнь.
Уходят со склона Земли люди. Превращаются в дожди, облака, ветра, туманы... Но кому-то ведь они оставляют о себе память и тайны пережитых чувств всех любящих сердец...
Одна лишь Песчаная Лагуна знает, КОМУ!
 
 
11.
 
ПОСЛЕ ДОЛГОЙ СИНЕЙ ПОЛОСЫ
 
НА ТОРЖЕСТВЕННОЙ ГОРЕ
 
...После долгой синей полосы неба, на горизонте наконец-то показались облака.
 Они шли с белыми флагами на единственную в Песчаной Лагуне Торжественную гору.
– Как мило всё на вашей горе, – облокотившись на каменную вершинку, сказали облака.
– Как мило всё, – повторили давно сидевшие на горе дятлы. – Вас нет. А мы сидим и ждём...
– Что ждёте? – спросили облака у дятлов.
– Ждём, когда закончится синяя полоса неба, потому что мы уже устали её клевать...
– Не поняли... – опустили свои белые флаги облака.
– Клевать, значит, делить, – пояснили дятлы.
– Опять не поняли, – сказали облака, облокотившиеся на гору, – зачем делить небо?
– Чтобы каждому дуплу досталось по полоске синего лоскута! – ответили дятлы.
– Совсем не поняли, – вздохнули ОНИ, обтекая валуны на горе. – Тогда зачем вам Облака?
– А чтоб мягко было! – ответили дятлы и добавили с укором: – Так вот, небо на лоскуты мы поделили, а вас всё не было...
– Ничего себе, перемудренные дятлы! – стали разглаживать свои белые флаги Облака, собираясь в дорогу. – Столько своей дятловой глупости нанесли на гору...
– Не надо обвинений! - заметила Песчаная Лагуна  скоплению уходящих облаков... – Разве вы никого не запомнили из здешних?
– А разве ты захочешь услышать всё то, что мы запомнили? – уплывая, сказали неведомые ОНИ.
 
 
ПОСЛЕ ОБЛАКОВ...
 
Я тоже  сидела на горе рядом с облаками и дятлами. Перед воздушностью и твёрдостью их голоса, я сначала подумала, что я – НИКТО...
А потом поняла, что даже – НИЧТО! Просто пух тополиный...
А он ведь кружился рядом, смеялся и предупреждал:
– Я же говорил! Я же говорил, что твоя ясность никогда не позволит тебе находиться по ту сторону облаков, особенно после Синей полосы...
Никогда не позволит ...
– Иди спать! Спать! – повелела я тополиному пуху после долгой синей полосы и после облаков...
Теперь мне было спокойно, потому что именно теперь дятлы покинули единственно Торжественную гору в моей Песчаной Лагуне.
Они покинули эту гору, потому что каждому из них в своём дупле стало теперь тепло и мягко...
Интересно, а дятлы, в своём «тепло и мягко» запомнили хоть что-то после облаков?
Интересно, а у нас с тобой, когда-нибудь, после синей полосы, появится своё дупло? Нет, не на дереве! А именно на вершине Торжественной горы, единственной горы в нашей Песчаной Лагуне!
Как ты думаешь, появится? Или нет?..
 
 
12.
 ЛАГУНА И НЕБЫТИЁ
 
И ВСЕ ПРИШЕДШИЕ СЮДА…
 
... Песчаная отмель. Коса. Крен...
Эй, где вы мои все чайки и озёрные бакланы?
Где вы все, перелётные гуси?
Утки моряны?
Где вы все, черные вороны, покинувшие свои гнездовья?
Где вы все, пришедшие в мою Лагуну?
– А тебе что-нибудь от нас надо? – спросил пролетавший мимо воронёнок.
– Ты-то при чём и зачем? – спросила я. – Все мои вопросы посвящены океану...
– Но я – житель океана, – сказал Воронёнок, – я слушаю твои мысли...
– Милый, маленький Воронёнок, – опускаясь в свою долгую песчаную косу, тихо произнесла Лагуна. – А ты знаешь, что такое НЕБЫТИЁ?
– Не знаю и потому не собираюсь объяснять, – ответил воронёнок, – пока я есть, есть моё бытиё...
Но если ты, Лагуна, хочешь сказать на эту тему что-то еще более таинственное, то... – я слушаю...
– Ничего не хочу, – сложила крылья волн Лагуна. – Я просто хочу понять, что есть ЧТО?
– И так долго надо было жить, чтобы попытаться понять? – спросила я, оказавшаяся рядом...
– Долго жить, но не для того, чтобы понять, – был её ответ...
 
 
 В СОСТОЯНИИ БЕЗГРАНИЧЬЯ
 
Я не стала понимать разрешения всей мудрости.
Я не стала понимать смысла ЕГО и Меня.
Я ничего не стала понимать.
Я просто, доверяясь песчаной Лагуне, легла под ее бархан. 
И с тех пор ты стал приходить в мои сны...
Я до сих пор не знаю, какие из снов настоящие, какие выдуманные, но я бесконечно живу в том состоянии безграничья, где границ между настоящим и выдуманным не существует...
И я всегда протягиваю руку своей Песчаной Лагуне, всегда протягиваю руку, когда этого не можешь сделать ты...
И всегда силой обрывающегося сердца спешу сказать тебе: " Мы еще пока не умираем..."
...Просто, неизвестно в каком краю света, лежит под небом наша Песчаная Лагуна. Она отдаляется, когда мы впускаем в душу леность. Она приближается, когда мы дарим ей минутки-янтаринки из своего сердца. А когда одиночество начинает сужать мир до крохотного стёклышка на песчаной косе, Лагуна сама подойдёт волной, обнимет колени и таинственно скажет:
– Послушай! Послушай, что было там, за границами твоего ожиданья!..
И каждая твоя подаренная Лагуне янтаринка вернётся к тебе маленькой сказкой. И через неё ты узнаешь, как на самом деле драгоценна, неожиданна и прекрасна твоя собственная, заново узнаваемая жизнь...
 
***
Потом он исчез. Мне очень хотелось верить, что Сны моей Песчаной Лагуны помогли наладить его слега покосившуюся жизнь… В мои «Письма в облака» всегда пишут те, кому очень сложно. Когда это «очень сложно» заканчивается, облака превращаются в земную жизнь… И я верю, что «Сны Песчаной Лагуны» помогли Гулу Моря выбраться в своё дальнее плавание… Или – в свой высокий полёт…